Константин Гайдай: «Мудборд у меня в голове»

Старинная английская поговорка гласит: если вы хотите преуспеть — наденьте шляпу. Клиентки Константина Гайдая идут к нему за еще большим количеством шляпок, а значит — и за еще большим успехом. С гордостью публикуем наше эксклюзивное интервью российского дизайнера, в котором создатель сказочных головных уборов и «человек года» по версии GQ мечтает изобрести… простую тишотку. 

IMG_9896s (1)— Традиции ношения головных уборов на территории бывшего СССР основательно отличаются от западного мира: так уж сложилось исторически. Каково работать в этой полузабытой сфере? Насколько сложно свою внутреннюю убежденность в том, что это полноценный аксессуар, а не элемент карнавального костюма, доносить до потенциальных клиентов?

— Действительно, это сложная тема среди аксессуаров. Дамы разучились носить головные уборы, а о мужчинах и говорить не стоит. Но за последние десять лет (именно столько я плотно занимаюсь аксессуарами для головы) ситуация меняется в лучшую сторону. Думаю, все заметили, что за прошедшее время был всплеск интереса и к красивым ободкам, и к широкополым шляпам из фетра или соломки, и к просто трикотажным шапкам всех мастей. Головной убор, который считался пережитком, вновь стал актуальным предметом гардероба современного человека.

У меня процесс креатива проходит с клиентами достаточно просто. Я всегда настаиваю на личной встрече, и именно она дает мне реальное представление о клиенте и его предпочтениях. Так, поработав немного психологом, я прихожу и к творческому выводу – создаю именно то, что нужно. Поэтому я часто не рисую эскизов!

— Работая с селебрити, каким образом вы определяете, что нужно той или иной клиентке? Например, чем шляпа для Ксении Собчак будет отличаться от шляпы для Диты фон Тиз?

— Публичным дамам необходимы головные уборы для особых случаев. Это значит, что есть на примете и готовые туалеты, поэтому я создаю что-то специальное. Либо, зная определенный стиль человека, можно предположить, что подойдет лучше всего. Есть клиентки немного пышных форм – им необходимы любые головные уборы, визуально увеличивающие рост и придающие стройность, другие – столичные тусовщицы, которым надо много-ярко-дорого, чтобы быть замеченными. Все очень разные!

1

2

3

— Если мы говорим об haute couture, мы, разумеется, имеем в виду невероятное количество кропотливой и тонкой ручной работы. Где вы всему этому учились? Как вообще выглядит цикл создания ваших произведений шляпного искусства и какие операции вы выполняете лично, поскольку не можете никому больше доверить?

— У меня архитектурное образование и какому-либо производству головных уборов я нигде не учился. Все, что я произвожу, — это то, что я умею. 95% всей работы делаю лично и руками. Каждый головной убор создается скорее как скульптура, а не шляпа. Порой первоначальный эскиз кардинально отличается от результата, и для меня самого это удивительно каждый раз. То есть это действительно создание произведения искусства. Возможно, поэтому я часто устраиваю презентации в художественных галереях и музеях.

4

41

42

43

44

— В ваших коллекциях головных уборов особое место занимает тема мифологии. Почему?

— Все любят мифы, былины, сказки, и я не исключение. Наверное, поэтому я с удовольствием использую эту богатую на образы тему. В каждой стране, культуре своя мифология, где масса материала для вдохновения. Разумеется, очень много пересечений между культурами, но это не удивительно: мы живем на одной планете.

— Ваши дополнительные проекты, которые не касаются искусства создания шляп, выглядят хрестоматийными примерами постмодернистского искусства. Как получается этот разрыв: с одной стороны – вневременная красота, с другой – постмодернистская ирония и даже ехидство?

— Думаю, всему виной моя многогранность и образование. Мне интересно все, а попробовать хочется еще больше. Поэтому, когда появляется шанс поработать в неведомой теме, я отношусь к этому с энтузиазмом.

— Как вы готовитесь к созданию коллекции? Как, к примеру, выглядит ваш мудборд?

— По большей части мудборд у меня в голове либо в электронном виде в компьютере. Я постоянно собираю иллюстративный материал для будущих коллекций: страницы из журналов, картинки в Интернете и просто зарисовки идей на бумаге. И каждый год все это пересматриваю. Правда, с каждым разом это становится сложнее, так как материала уже очень много.

50

51

52

53

54

56

55

— О «Последней сказке Риты» Рената Литвинова сказала, что этот фильм — «сказка в условиях современного города». Можно ли эту метафору перенести на искусство создания шляп? Или вы выразились бы иначе?

— Каждый человек вправе создать вокруг себя сказку, в современном городе в том числе. Если головные уборы в этом могут помочь, принести радость, волшебство, красоту, то почему бы и нет.

— Еще один вопрос об этом фильме и вашем в нем закадровом участии: как вы считаете, в каких отношениях находятся haute couture и арт-хаус?

— Само слово «арт» уже говорит за себя. Это две области искусства, и при определенных обстоятельствах они пересекаются  как, например, в этом фильме.

57

58

59

59f

59i

— Чего, на ваш взгляд, не хватает современной моде? Каким бы вы хотели в идеале видеть ее развитие – в глобальном и в локальном (российском) масштабах?

— Мода уже никогда не будет прежней. По большому счету она умерла, ее поглотил масс-маркет. Ничего нового не придумывается, а лишь перерабатывается наследие. Переворот в моде возможен лишь при техническом перевороте, то есть если вдруг появятся новые сверхтехнологиии, которые можно будет использовать в легкой промышленности. Но в целом, на наш век, думаю, будет достаточно дизайнеров, талантливо переосмысливающих творения своих коллег из прошлого.

60

61

62

— О масштабах: у вас было несколько коллабораций с брендом «Твое», есть своя линейка трикотажной одежды с принтами. Как вы переключаетесь от кутюрной работы к работе для массового производства и обратно? Должен ли дизайнер быть в этом плане универсальным и уметь работать как на нишу, так и на конвейер?

— Так вышло, что я стал первым известным российским дизайнером с которым компания «Твое» решила сделать коллаборацию. Я с большим энтузиазмом отнесся к идее, и наш проект удался. Так мы проработали несколько лет. Для меня это было несложно, так как я изучил своего нового клиента и, так же как и с головными уборами, провел некий анализ. Понимал, что от меня хотят. Ведь массмаркет настроен на продажи актуального, а не на создание новых тенденций. Все-таки я дизайнер и должен уметь одеть и более требовательную, претенциозную публику. Хотя, как показала практика коллабораций компании «Твое» с другими дизайнерами, с этой задачей почти никто не справился.

Сейчас я произвожу две категории товара: это люксовые аксессуары для головы, выполненные вручную в одном экземпляре либо в ограниченном количестве, и доступную одежду с моими принтами – трикотажные свитшоты, футболки, поло (kg-shop.ru).

— Давайте пофантазируем. Если бы у вас была возможность запустить руку в условный метафизический ящик с идеями и выбрать там одну – ту, которая на миллион, что бы вы выбрали? Изобретателем чего стали бы?

— Белой футболки.

Текст: команда Ателье модной мысли


Похожие Записи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

« »