Закат хипстеров: как кепи и бороды перестали казаться такими крутыми

Наше внимание привлекла одна занимательная статья из The Guardian о хипстерах. Мы решили, что она будет небезынтересна и вам. В сети очень много публикаций на тему «кто такие хипстеры». На одном из ресурсов мы даже нашли материал «Почему мы не любим хипстеров?» Очевидно одно: эти люди вызывают эмоции. Какое отношение к ним в Англии? Какие они? Об этом вы узнаете из перевода статьи — и, возможно, вспомните и о наших белорусских ребятах, стиль которых можно подогнать под критерии «хипстерского феномена».

Закат хипстеров: как кепи и бороды перестали казаться такими крутыми

Сейчас «жителям Ист-Энда» подают коктейли в банках из-под джема, но что ждет следующее поколение «не таких, как все»?

На улицах Лондона хипстеры состязаются в модных татуировках

Знакомьтесь, Джош. Джош – тридцатилетний художник/повар, живущий в переоборудованном складе в Хакни, восточный Лондон. Джош носит бороду, очки и беспокоится о происхождении своего кофе. Он платит налоги, не работает с 9 до 5 и вместе с пятью эрудированными соседями по квартире избегает общественного транспорта, предпочитая поездки на велосипеде.

На первый взгляд Джош – типичный хипстер, но не стоит называть его так: «Я не испытываю ненависти к слову «хипстер» и к самим хипстерам, но быть хипстером сейчас больше ничего не значит. И не дай Бог, кто-то назовет меня так».

В какой-то момент за последние несколько лет хипстер изменился. Или, по крайней мере, само понятие. То, что некогда было общим определением племени молодых и креативных сторонников неофициальной культуры, выходцев (преимущественно) из нью-йоркского Вильямсбурга и лондонского Хакни, трансформировалось в уничижительный ярлык для людей, которые выглядят, живут и действуют определенным образом. Всемирный онлайн-словарь Urban Dictionary определяет хипстеров как «субкультуру, состоящую из мужчин и женщин в возрасте 20-30 лет, ценящих независимое мышление, неофициальную культуру, прогрессивную политику». В реальности же это слово сейчас эквивалентно оскорблению.

Что же случилось? Крис Сандерсон, футуролог и один из основателей агентства по прогнозированию трендов «Лаборатория будущего» считает, что все очень просто: «Хипстер умер в тот самый миг, когда мы нарекли его хипстером. Это слово больше не имеет первоначального значения».

Причиной этого послужил подготовленный в прошлом месяце отчет исследователей университета Нового Южного Уэльса. Ученые обнаружили, что образ хипстера больше не «в теме». Если вкратце, то чем более банальным становится тренд, в данном случае – бороды, тем менее привлекательным он кажется. И в 2014-м мы, возможно, достигли «бородатого расцвета». Возможно ли, что предпочитающий флэт уайт (прим.: кофейный напиток наподобие латте) и кепи хипстер скоро прекратит свое существование?

По мнению Сандерсона, это скорее эволюция, нежели вымирание. В разговоре с британским «Observer» на прошлой неделе он предположил, что сейчас существует два типа хипстеров: «Хипстер современный – типичный бородач, которого мы так любим поносить, – и первохипстер, истинный в своем роде». Вот отсюда и произрастает корень всеобщего замешательства.

«Исторически первохипстеры были известны как люди, которые отклонялись от нормы. Наподобие хиппи. За эти годы они вдохновили новое поколение юных городских типажей, которые превратили понятие «хипстер» в грубую коммерческую пародию. Хипстер современный хочет лишь выглядеть определенным образом и быть замеченными за определенными занятиями, но без проведения глубокого внутреннего исследования. Поэтому он просто перенял стиль жизни и образ мышления первохипстера».

Это определение было довольно емко обобщено в песне «Sunday» Лос-Анджелесского рэпера Эрла Свитшота: «Вы не увлечены и половиной того дерьма, что находится внутри вас».

Проблема заключается в том, что в наши дни практически невозможно провести границу между первым и вторым типами. «Хипстер современный более заинтересован в том, чтобы быть ведомым, первохипстер более заинтересован в том, чтобы быть ведущим. Сейчас они все еще выглядят одинаково, так как же люди могут увидеть разницу?»


Велосипеды с фиксированной передачей удобны для того, чтобы добраться до независимой художественной выставки друга, основанной на монгольских барбекю

Недостаток видимых отличий, возможно, стал причиной возникновения у общества склонности порицать хипстеров. Как объясняет Алекс Миллер, главный редактор журнала «Vice» в Соединенном Королевстве: «Я не могу дать определение понятию «хипстер». Я предполагаю, что это «другой». Но в общепринятом понимании его невероятно раздули из-за того, что у людей появилось определение, позволяющее высмеивать что-то молодежное и крутое, то, чего они не понимают».

Это не всегда было так. Пока определение «хипстер» с годами не претерпело значительных изменений. Было время, когда оно считалось чем-то одновременно значительным и вполне конкретным.

Само слово было придумано в 1940-е годы, чтобы определить того, кто отрицает социальные нормы – кого-то вроде белого человека из среднего класса, слушающего джаз. Спустя десятилетие мы получили движение неофициальной культуры – хиппи, представители которого несли свое знамя в достаточно отличающейся от общепринятой манере. Слово практически исчезло из употребления вплоть до 1990-х, когда его значение было пересмотрено таким образом, чтобы под определение подпадала молодежь среднего класса с «противоположными» интересами. Впрочем, в наши дни любой может оказаться хипстером при условии, что он приобрел правильные джинсы.

Люк О’Нил, обосновавшийся в Бостоне обозреватель раздела культуры интернет-журнала «Slate», утверждает, что в США наблюдается то же самое. «Я даже заметил тех, кого называю метахипстерами: людей, уклоняющихся от предъявляемых традиционных требований и желающих сразу получить статус. Как будто то, что ты надел очки и сделал тату, каким-то образом превращает тебя в хипстера», — говорит он.

Но пока Миллер соглашается, что определение «хипстер» приобрело негативный оттенок, все это куда меньше говорит о самом термине и гораздо больше – о том, что он стал обозначать. «Вырастая, мы просто используем другие слова – “тусовщик” в университете, “модник” в школе – и все они означают одно и то же. Понятие “хипстер” просто стало словом, обозначающим противоположность аутентичности».

Не каждый с этим согласен. В заведении «Bar & Grill» на площади Хокстон в восточном Лондоне 24-хлетняя выпускница Милли отождествляет себя с хипстерами: «Я имею в виду, вот почему мы все живем в восточном Лондоне. Здесь чувствуешь себя таким живым, словно тебя постоянно окружает что-то по-настоящему творческое и клевое».

Мэнни, 28-летний певец, любит это ощущение принадлежности к коллективу: «У молодежи нет подработки или постоянной работы, и им это необходимо. Это как племя, как готы. Я надеюсь, хипстеры еще живы, потому что я только что подписал договор годичной аренды моей квартиры».

Миллер добавляет: «Мы никогда не писали о хипстерах как о субкультуре, потому что я не считаю хипстеров субкультурой. Как бы то ни было, я по-настоящему ценю тот факт, что людям нравится идея принадлежности к чему-либо. То есть я предполагаю, что на этом уровне идея существует». Как объясняет О’Нил: «Кто сказал, что он [хипстер] хочет быть уникальным? Я думаю, это больше желание ощутить принадлежность».

Так что дальше? «Я думаю, хипстеры перестроятся. В течение следующих лет будет спад популярности этого женоподобного образа в скинни-джинсах и с длинными волосами благодаря росту популярности более сильной ролевой модели женского пола», говорит Крис Сандерсон. Что же придет на его место? «Более мужественный образ, почти карикатурный, чтобы мужчины укрепили собственную сущность».


Кофе флэт-уайт двойной фильтрации – потому что единичная фильтрация для тех, кто любят Джима Дэвидсона (прим.: английский комик)

Возможно, это объясняет феномен «нормкора», термина, введенного нью-йоркским агентством по прогнозированию трендов «K-Hole» в своем отчете «Молодежная мода» прошлой осенью. Пусть и широко высмеянный модным сообществом, этот простой, сверхнормальный стиль, вероятно, является реакцией на продажность личности, на идею, будто вы можете купить уникальность в «Topshop». «Нормкор не хочет, чтобы свобода стала чем-то определенным, — говорят они. — Нормкор уходит от ощущения крутизны, полагающегося на различие индивидуальностей, исходящих из однообразия».

Звучит как шутка, но, утверждает Сандерсон, фактически это может иметь смысл: «Это противоположность того, что люди сейчас считают «классным», а также очень по-мужски – то, что связано с возвращением к мальчишеству».

Но многих, включая Джоша, желание вешать на людей ярлыки приводит в бешенство. Арвида Быстром – родившаяся в Швеции и живущая в Лондоне художница, фотограф и модель. Хотя ее иногда принимают за хипстера, с эстетической точки зрения ее работы, фокусирующиеся на сексуальности, самоопределении и современном феминизме, говорят о том, что она представляет собой куда больше. Сандерсон мог бы описать ее как «кого-то ведущего, а не ведомого».

Она отмахивается от того, что ее считают хипстером: «Я не знала, что люди называют меня хипстером. Я вообще-то не отношу себя к ним. Так или иначе, кто такие хипстеры? Это слишком общее определение. Я даже не знаю, существуют ли они сейчас».

Но, как говорит Джош: «Я не понимаю, почему ты не можешь быть просто парнем из восточного Лондона, любящим мир вокруг себя, безо всяких ярлыков».


Похожие Записи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

« »